Лесная битва

Пернатая мелкота терпеть не может филина. Если осторожный ухач вдруг попадется днем на глаза, в лесу бывает праздник.
Первой филина заметит вездесущая стрекотуха сорока. «Кха-ша-ша! ‘Кха-ша-ша!— заверещит она во весь голос.
—Все ко мне! Все ко мне!»
Ближние сороки передают эстафету дальним. В переклик вступают сойки, зяблики, дрозды, чижи, малиновки, пеночки, зеленушки.
Словно радиограмма облетела большой лес. Все, кто может летать и хоть сколько-нибудь драться, спешат на исходные позиции.
Бойцы рассаживаются на деревьях.» Вороны — тяжелая артиллерия лесного содружества — на вершинах; сойки, сороки — на средних ветках, мелкие пичуги — снайперы и гранатометчики — на самом низу.
Армия ждет сигнала к атаке. Бойцы возбужденно переговариваются:
«Чик-чики-чок? Очень большой?»
«Тук-тук-гак! Довольно порядочный!»
«Гик-чики-брик! А возьмем?»
«Тик-дрик-брр! А чего же не взять! Вон сколько нас! Не таких брали! Навалимся миром — из него только пух
полетит!»
«Ти-ки-рики-трык! И нам попадет, братцы! У него когти, клювище! Ужас! Может, не связываться?»
«Уф-пуф-бирк1 Боишься — улетай! Трусы не нужные без тебя управимся! А дезертиров судить будем!»
Наконец все в сборе. Сорока-предводитель кричит:
«Кха-ща! Хватай!»
Филин, мрачно нахохлившись, сидит у корневища сосны.
Что он думает? Сознает ли размеры опасности?
Услышав роковое «кха-ша», он зычно кричит: «Ух-ма! Ух-ма! Только суньтесь! Я вам покажу!»
Пичуги на деревьях вздрагивают. Жуткий голос у филина!
Сорока пронзительно повторяет: «Кха-ша!»
И птицы камнем падают на врага. Туча пернатых орет, пищит, свистит, верещит над ним: «Хватай! Бери! Колоти! По башке его, черта! По башке!»
Не хватает места, чтоб каждому долбануть, царапнуть, хоть слегка ущипнуть.
Великан лишь притворяется спокойным. Страх подступает к нему. Несметна армия нападающих! И какие мужественные бойцы среди мелкоты!
Нервы у филина не выдерживают. Он отрывается от земли, неуверенно летит над лесом. Дневной свет режет глаза. Куда лететь? Где спасаться? Велик лес, а союзников нет, друзей нет. Всем насолил, всех обидел…
Сотни птиц и пичужек, азартно крича, летят за филином, бьют по спине, по крыльям, выдирают рулевые перья. Снайперы-дрозды норовят выклевать глаза.
Филин летит, словно окутанный облаком. Бойцы взбадривают друг друга криками: «Не дадим уйти разбойнику! Смерть душегубу!»
И откуда что берется! Скромные рядовые пернатой армии заскакивают вперед, сходятся грудью с филином. Многие падают замертво: кто сражен клювом «душегуба», кто разбился о твердую грудь хищника. Но еще теснее смыкаются ряды атакующих.
«Смерть душегубу!»
Измученный «душегуб» сядет где-нибудь на поляне. Нападающие тоже сядут отдохнуть, облепят кругом деревья.
«Чики-чики-тук! Здорово ему дали!» «Дрик-трак-гак! Едва дышит!» «Чик-чек-тэк? Скоро подохнет?» «Кех-гех! Еще добавим — и подохнет!»
«Чир-гир! Чего ждем? Давайте добавлять!»
Мало у филина осталось перьев. Он истекает кровью но еще пыжится, вертит оловянными глазами-луковицами, хрипло кричит: «Суньтесь! Я вам покажу! Я — хозяин леса!»
Крики уже никого не пугают. Все видели бегство «хозяина». Атакующие познали сладость победы. Даже раненые птицы вызывающе чирикают на деревьях.
Иногда в битву птиц с филином включается мое ружье. Я подхожу и, чтоб ускорить победу, посылаю в ощипанного душегуба заряд крупной дроби.
И все птицы радостно кричат с деревьев; «Так ему в надо!».

Яндекс.Метрика